Экономическая теория долго описывала выбор формулой Даниила Бернулли (1738), по которой человек оценивает не сумму денег, а её полезность, то есть то, насколько эта сумма меняет его благосостояние. Тысяча рублей значит больше для бедного, чем для богатого. Поэтому люди не любят риск. Модель изящна и объясняет страхование, но Канеман показывает, чего в ней нет.
У Джека и Джилл сегодня по 5 миллионов. Вчера у Джека был 1 миллион, у Джилл — 9. По Бернулли, их благосостояние одинаково и довольны они должны быть одинаково, но любой человек понимает, что это не так, ведь Джек разбогател, а Джилл потеряла почти половину. Для оценки важно, откуда человек пришёл. В теории Бернулли нет точки отсчёта (reference point), и это главное, что исправили Канеман и Тверски.
Статья «Теория перспектив: анализ решений в условиях риска» (Prospect Theory: An Analysis of Decision under Risk) вышла в журнале Econometrica в 1979 году и стала одной из самых цитируемых работ в экономике. В ней три принципа, и каждый каталог разворачивает в отдельную ветку записей.
- Оценка идёт от точки отсчёта. Результат воспринимается как выигрыш или потеря относительно ожидаемого, привычного, обещанного. Точкой отсчёта может быть статус-кво, цена прошлой покупки, обещанный срок или цель.
- Чувствительность убывает. Разница между 100 и 200 рублями ощущается сильнее, чем между 1100 и 1200. Это снижение чувствительности, и работает оно в обе стороны от точки отсчёта.
- Потери весят больше выигрышей. По опытам, которые приводит Канеман, коэффициент неприятия потерь обычно лежит между 1,5 и 2,5. Потеря 100 рублей неприятна примерно так же, как приятен выигрыш 200.
Из третьего принципа выросла одна из самых известных записей каталога — неприятие потерь, и вокруг неё группа следствий. Эффект владения означает, что вещь, которая уже принадлежит человеку, стоит для него дороже такой же, которой у него нет. В опыте Канемана, Кнетча и Талера студентам раздали кружки с символикой университета, и владельцы просили за кружку в среднем 7,12 доллара, а не получившие её были готовы заплатить 2,87. Предпочтение статус-кво возникает потому, что любая перемена несёт возможные потери, а они весят больше возможных выгод.
Неприятие потерь работает даже у профессионалов. Девин Поуп и Морис Швейцер проанализировали больше двух с половиной миллионов паттов в профессиональном гольфе. Удар, который спасает от потери очка относительно пара, игроки выполняли точнее, чем удар той же длины, который дал бы выигрыш очка, и разница составила около 2 процентных пунктов. Канеман пересказывает её как 3,6 %, по статье цифра меньше, но вывод тот же.
Как это выглядит в продукте
- Пробный период. После 14 дней полной версии отказ от подписки ощущается как потеря функций, а не как отказ от покупки. Эффект владения работает на продукт, и это честно, пока отменить подписку так же просто, как оформить.
- Тарифы. Сообщение «вы потеряете доступ к истории» убеждает сильнее, чем «сохраните доступ к истории». Граница проходит там, где потерю выдумывают или преувеличивают, — это уже тёмный паттерн.
- Редизайн. Пользователи защищают старый интерфейс не потому, что он лучше, а потому, что он точка отсчёта. Любое изменение сначала воспринимается как потеря привычного, и первые отзывы о редизайне почти всегда хуже, чем отношение через месяц.
Второе открытие теории перспектив касается вероятностей. Люди оценивают шансы не по их величине, а по весам решения (decision weights), и веса отличаются от вероятностей у краёв шкалы. Переход от 0 к 5 % весит очень много, потому что появилась возможность. Это эффект возможности. Переход от 95 к 100 % тоже весит много, ведь исчезает сомнение. Это эффект определённости. А разница между 30 и 35 % почти не ощущается.
Сочетание весов и неприятия потерь даёт четыре предсказуемые реакции на риск, которые сводят в четырёхчастную схему.
| Выигрыш | Потеря | |
|---|---|---|
| Высокая вероятность | Боязнь риска: берут гарантированную сумму поменьше вместо 95 % шанса на большую | Тяга к риску: отказываются от гарантированной потери ради 5 % шанса её избежать |
| Низкая вероятность | Тяга к риску: покупают лотерейный билет | Боязнь риска: покупают страховку от редкой беды |
Правая верхняя клетка менее очевидна и самая дорогая. Человек, который почти наверняка проиграл, готов рисковать ещё больше, лишь бы не принимать потерю. Так ведут себя команда, которая годами доделывает провальный продукт, и игрок, который отыгрывается. В управлении эта клетка встречается вместе с ошибкой невосполнимых затрат, потому что вложенное уже не вернуть, а признать потерю всё равно тяжелее, чем вложить ещё.
Теория перспектив предсказывает, что одна и та же ситуация, описанная как выигрыш или как потеря, вызовет разные решения. Этот эффект фрейминга (framing effect) Тверски и Канеман показали на задаче, которую в литературе называют «азиатской болезнью». Ожидается вспышка болезни, которая убьёт 600 человек. Есть две программы. Если программы описаны через спасённых — «200 человек будут спасены» против «с вероятностью 1/3 спасутся все 600», 72 % выбирают надёжную программу. Если те же программы описаны через погибших — «400 человек умрут» против «с вероятностью 1/3 никто не умрёт», 78 % выбирают рискованную. Исходы в обоих описаниях одинаковые.
Канеман подчёркивает неприятное следствие. У предпочтений, которые меняются от формулировки, нет «истинной» версии, к которой можно вернуться. Это свойство не людей, а описаний. Поэтому эффект фрейминга — запись каталога с примерами во всех трёх сферах. В продукте рамка задаётся подписью кнопки, порядком тарифов и единицей цены — в месяц или в день. В коммуникации — выбором между 90 % выживаемости и 10 % смертности. В управлении — тем, предлагают ли на планировании «сохранить» выручку или «нарастить» её.
Близкая ветка каталога — ментальный учёт (mental accounting), термин Ричарда Талера. Деньги в голове лежат на разных «счетах» (зарплата и премия, бюджет на развлечения и на еду), и правила у счетов разные. Отсюда мысленные счета и эффект «денег казино», при котором выигранное тратят легче заработанного, и узкие рамки, когда каждое решение рассматривают отдельно, а не как часть серии. Из-за них человек отказывается от монетки из задачи на входе, хотя сотня таких бросков почти наверняка дала бы выигрыш. Канеман советует обратную привычку — широкую рамку, при которой риски оценивают портфелем, а не по одному.
Сильнее всего рамка работает, когда выбора вообще не видно. По данным исследования 2003 года, которые приводит Канеман, доля согласных на донорство органов в Европе составляет около 100 % в Австрии и 12 % в соседней Германии, 86 % в Швеции и 4 % в Дании. Культуры у соседей похожи, а бланки разные. В одних странах человек считается донором, пока не откажется, в других должен сам отметить согласие. Канеман объясняет разницу не Системой 1, а ленью Системы 2. Кто не решил заранее, оставляет как есть.
Это эффект умолчания, и для дизайнера он означает ответственность, от которой нельзя уклониться. Отказаться от умолчания невозможно, потому что у любой формы есть состояние, в котором её оставят, и пустая галочка — тоже умолчание. Вопрос только в том, чьим интересам оно служит. Ричард Талер и Касс Санстейн назвали честное умолчание подталкиванием (nudge) и поставили условие, что подталкивание должно быть легко и дёшево обойти. Галочка «подписаться на рассылку», уже стоящая внизу формы, нарушает это условие, если её нельзя заметить. Сохранение черновика по умолчанию его выполняет.
Люди оценивают изменения, а не состояния, и потери весят больше выигрышей. Точку отсчёта, рамку и умолчание всегда задаёт кто-то — дизайнер, автор текста, руководитель. Нейтрального варианта у них нет, поэтому вопрос не «влиять ли», а «в чьих интересах и можно ли легко выйти».
- Взять экран, где пользователь выбирает: тарифы, подписку, настройки, отмену.
- Записать, что для пользователя здесь точка отсчёта: что он считает своим, привычным, обещанным.
- Найти рамку каждой формулировки — выигрыш или потеря — и каждое умолчание.
- Проверить каждый приём по трём признакам: чьей цели служит, правдив ли, так же ли легко выйти, как войти.
Готово, когда у каждого умолчания и каждой формулировки о потере есть ответ на три вопроса, а приёмы, которые не проходят проверку, переделаны.
| Механизм | Что делает | Записи для начала |
|---|---|---|
| Точка отсчёта и неприятие потерь | Оценка идёт от ожидаемого, потери весят вдвое | Неприятие потерь, Эффект владения, Эффект умолчания, Эффект дефицита, Эффект нулевой цены |
| Веса вероятностей | Края шкалы весят больше середины | Эффект определённости, Эффект возможности, Пренебрежение знаменателем |
| Рамки и ментальный учёт | Описание и границы задачи меняют выбор | Эффект фрейминга, Ошибка невосполнимых затрат, Эффект приманки, Узкие рамки |
Источники
- Д. Канеман. Думай медленно… решай быстро. М.: АСТ, 2014. Часть IV, главы 25–34.
- D. Kahneman, A. Tversky. Prospect Theory: An Analysis of Decision under Risk // Econometrica, 1979, 47 (2). doi:10.2307/1914185
- A. Tversky, D. Kahneman. The Framing of Decisions and the Psychology of Choice // Science, 1981, 211 (4481). doi:10.1126/science.7455683
- D. Kahneman, J. L. Knetsch, R. H. Thaler. Experimental Tests of the Endowment Effect and the Coase Theorem // Journal of Political Economy, 1990, 98 (6). doi:10.1086/261737
- D. G. Pope, M. E. Schweitzer. Is Tiger Woods Loss Averse? // American Economic Review, 2011, 101 (1). doi:10.1257/aer.101.1.129
- E. J. Johnson, D. Goldstein. Do Defaults Save Lives? // Science, 2003, 302 (5649). doi:10.1126/science.1091721
- R. H. Thaler, C. R. Sunstein. Nudge. Yale University Press, 2008.